Европейский суд о состязательности и оценки заключений экспертов в России в уголовном процессе

Европейский суд о состязательности и оценки заключений экспертов в России в уголовном процессе


Европейский суд по правам человека по делу «Матыцина против России» (жалоба №58428/10) в постановлении от 27 марта 2010 года установил факт недобросовестного подхода российского суда к работе с экспертными доказательствами в ходе судебного процесса, что привело к нарушению п.1 ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Данное постановление имеет ряд интересных оценок, которые дал Европейский суд по правам человека (далее — ЕСПЧ), в части вопросов равенства значения в уголовном судопроизводстве России таких доказательств как заключение эксперта и заключение специалиста, в вопросе использования такого доказательства как заключение эксперта во взаимосвязи с  допросом эксперта, давшего заключение, свидетелей или отсутствием таковых в суде, и некоторым другим вопросам.


Расценивая решения и процесс исследования доказательств в суде в отношении заявительницы (гражданки Российской Федерации Матыциной В.В.) ЕСПЧ установил, что в данном случае различие между статусами таких доказательств как «заключение эксперта» и «заключение специалиста» в сочетании с другими ограничениями, связанными с экспертными доказательствами, с которыми защита сталкивалась в ходе всего процесса, поставило защиту в конечном итоге в неблагоприятное положение по сравнению с обвинением и это не может быть совместимо с требованиями принципа равенства процессуальных возможностей сторон в соответствии с п. 1 ст. 6 Конвенции. ЕСПЧ обратил внимание, что экспертные доказательства, в частности, заключение № 1170, играли ключевую роль в версии обвинения. Главный эксперт обвинения д-р Иг. ни разу не была допрошена защитой. Защита не участвовала в процессе получения заключений экспертов на стадии расследования. Обвинение и суд отказали защите в общих выражениях в проведении дополнительной экспертизы вопреки мнению двух специалистов, допрошенных в ходе судебного разбирательства, и вопреки позиции суда, выраженной в ходе первого процесса. Наконец, защита практически не имела возможности оспорить эти заключения, используя собственные контрдоказательства. Защита имела лишь возможность обратиться за помощью «специалистов», чей статус ниже, чем у «экспертов». Кроме того, защите не было разрешено приобщить к делу письменные заключения «специалистов» в суде, в то время как обвинение и суд опирались на письменные заключения «экспертов», собранные следователем на стадии досудебного расследования (п.п. 194-195 постановления).

Из указанного постановления следует позиция ЕСПЧ в части некоторых правил исследования доказательств, заключающаяся в следующем:

-Согласие стороны на использование (оглашение) запротоколированных показаний свидетелей, данных на досудебной стадии производства, не свидетельствует об отказе этой стороны от права на допрос указанного свидетеля в судебном заседании (п.п. 155-161 постановления);

-Применительно к экспертным доказательствам правила об их допустимости не должны лишать сторону защиты возможности эффективно оспорить их, в частности, путем приобщения к делу или получения других мнений и заключений. При определенных обстоятельствах отказ в праве провести альтернативную экспертизу вещественных доказательств может рассматриваться как нарушение п. 1 ст. 6 (см. постановление по делу «Стоименов против бывшей югославской Республике Македонии» (Stoimenov v. the former Yugoslav Republic of Macedonia), № 17995/02, п. 38 и следующие, 5 апреля 2007 года) (п. 169 постановления);

— получение заключений экспертов стороной обвинения на досудебных стадиях без участия стороны защиты, само по себе не противоречит Конвенции, при условии, что в ходе судебного процесса у защиты имелись соответствующие процессуальные инструменты для того, чтобы исследовать эти доказательства и эффективно оспорить их в судебном заседании (п. 175 постановления);

-защита должна иметь право изучать и критически оценивать не только заключения экспертов как таковые, но и добросовестность лиц, подготовивших эти заключения, подвергая их прямому допросу. (См., среди прочих источников, постановления по делам «Брандштеттер против Австрии» (Brandstetter v. Austria), 28 августа 1991 года, п. 42, Серия A, № 211; «Доорсон против Нидерландов» (Doorson v. the Netherlands), 26 марта 1996 года, п.п. 81-82, Сборник судебных решений, 1996-II; и «Мирилашвили против России» (Mirilashvili v. Russia), № 6293/04, п. 158, 11 декабря 2008 года.) (п. 177 постановления);

-не прибытие для допроса в суд  эксперта, давшего заключение, может стать серьезным препятствием для реализации прав защиты и привести к существенным нарушениям прав подсудимого (п. 180-181 постановления);

-в исключительных случаях необходимость получения еще одного экспертного заключения по тому или иному важному аспекту дела может быть само собой разумеющейся, и отказ суда получить экспертные доказательства по ходатайству защиты может сделать судебное разбирательство несправедливым (см., например, постановление по делу «Г.Б. против Франции» (G.B. v. France), № 44069/98, п. 69, ЕСПЧ 2001-X) (п.п. 183 — 184 постановления);

-Способы собирания доказательств, которые могут использовать защита и обвинение, нередко отличаются (см. постановление по делу «Мирилашвили против России», упомянутое выше, п. 225), однако, чтобы эти различия не ставили сторону защиты в конечном итоге в неблагоприятное положение по сравнению с обвинением, правила принятия и представления доказательств в суде не должны лишать защиту возможности осуществлять свои права, гарантированные ст. 6 Конвенции. В постановлении по делу «Ходорковский и Лебедев против России» (№ 2), упомянутом выше (п. 731), ЕСПЧ подчеркнул: «Оспорить заключение эксперта без помощи другого специалиста в соответствующей области может быть затруднительно. Таким образом, простого права защиты ходатайствовать перед судом о назначении еще одной экспертизы не достаточно. Для эффективной реализации этого права защита должны иметь аналогичную возможность представлять свои собственные «экспертные доказательства» (п.187 постановления);

— обвинение должно раскрывать перед защитой «все имеющиеся в распоряжении обвинения вещественные доказательства в пользу или против обвиняемого» ​​(см., среди прочих источников, постановление по делу «Эдвардс против Соединенного Королевства» (Edwards v. the United Kingdom), 16 декабря 1992 года, п. 36, Серия № 247-B) (п.201 постановления);

Ниже приводится выдержка из постановления ЕСПЧ, раздела II. «ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО», пунктов «Б» — «Е», в которых ЕСПЧ привел анализ норм уголовно-процессуального законодательства России, относящихся к использованию в суде такого доказательства, как заключение эксперта (с полным текстом постановления можно ознакомиться здесь (скачать)):

Б. Экспертные доказательства и письменные доказательства

110. Ст. 74 УПК РФ содержит полный перечень источников сведений, которые могут использоваться в качестве доказательств в уголовном процессе. В этот перечень входят, в частности, заключение эксперта и показания эксперта, а также «иные документы» (ч. 2 и ч. 6 ст. 74). Ч. 1 ст. 84 УПК РФ предусматривает, что «иные документы» допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, установление которых необходимо в рамках уголовного процесса.


111. УПК РФ (ст. 57 и ст. 58) разделяет привлечённых экспертов на две группы: «экспертов» proprio sensu (в собственном (узком) смысле) и «специалистов». Их роли в процессуальных действиях иногда схожи, хотя и не идентичны. В то время как «эксперты» часто занимаются проведением сложных судебно-медицинских экспертиз до суда (в числе которых, например, дактилоскопическая экспертиза или исследование трупа), «специалист» призван содействовать стороне обвинения или суду в применении технических средств, исследовании вещественных доказательств, в разъяснении результатов «экспертиз», оценке методов, используемых «экспертами, их компетентности и т.д. И эксперт, и специалист может лично представлять суду письменные заключения и (или) показания (ст. 80 УПК РФ). В соответствии со ст. 57 УПК РФ (со ссылками на прочие положения УПК), право назначать экспертизу принадлежит следователю или суду первой инстанции. Суд может вынести постановление о назначении экспертизы по собственной инициативе или по ходатайству сторон.


112. Ч. 1 ст. 58 УПК РФ определяет функции «специалиста» (в той мере, в какой это относится к данному делу) следующим образом:


«Специалист — лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях..., для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов..., применении технических средств..., для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию».


113. Ч. 2 ст. 58 УПК РФ предусматривает, что вызов специалиста и порядок его участия в судопроизводстве определяются ст. 168 и ст. 270 УПК РФ (см. ниже).


114. Ч. 4 ст. 58 УПК РФ гласит, что специалист не вправе уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя или в суд.


115. Ст. 168 УПК РФ посвящена участию специалиста в следственных действиях на досудебной стадии расследования по требованию следователя. Эта статья предусматривает, со ссылкой на ч. 5 ст. 164, что следователь должен разъяснить специалисту его права и ответственность, удостовериться в его компетентности и выяснить его отношение к подозреваемому, обвиняемому и потерпевшему.


116. В соответствии со ст. 251 УПК РФ, вызванный в суд специалист участвует в судебном разбирательстве в порядке, установленном ст. 58 и ст. 270 УПК РФ.


117. Ст. 270 УПК РФ гласит, что председательствующий судья разъясняет специалисту его права и ответственность.


118. Согласно ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. В силу ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.


119. Ст. 286 УПК РФ предусматривает, что документы, представленные в судебное заседание сторонами, могут быть на основании определения или постановления суда приобщены к материалам дела.

В. Заключения экспертов, полученные следственными органами


120. Глава 27 УПК РФ регулирует производство экспертизы на стадии расследования (то есть, до начала судебного разбирательства). Ч. 2 ст. 195 предусматривает, что «судебная экспертиза» (то есть, экспертиза для использования в суде) производится «государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями». Ч. 3 ст. 195 предусматривает, что следователь знакомит обвиняемого с постановлением о назначении судебной экспертизы. В соответствии со ст. 198, ответчик имеет право заявлять отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту, присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы, давать объяснения эксперту.


Г. Собирание доказательств стороной защиты


121. Старая редакция УПК РФ (действовавшая до 2002 года) предусматривала, что полномочиями по сбору доказательств обладают следственные органы. Новая редакция УПК РФ (применимая в данном деле) признает право защиты на собирание доказательств, хотя и с важными ограничениями. Так, в ч. 2 ст. 53 УПК РФ предусматривается, что защитник вправе «собирать и представлять доказательства, необходимые для оказания юридической помощи, в порядке, установленном частью третьей статьи 86 настоящего Кодекса». Среди других прав защитника в ч. 3 ст. 53 указано право «привлекать специалиста в соответствии со статьей 58 настоящего Кодекса». Однако это не позволяет защите поручать подготовку «заключений экспертов» и подготавливать их.


122. Ст. 86 нового УПК формулирует правила собирания доказательств следующим образом:


«1. Собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства… следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом.

2. [Обвиняемый] и [его] представители вправе собирать и представлять письменные документы… для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

3. Защитник вправе собирать доказательства путем:

1) получения предметов, документов и иных сведений;

2) опроса лиц с их согласия;

3) истребования… документов от органов государственной власти… и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии».

123. Право защитника получать экспертные доказательства определено в п. 4 ч. 3 ст. 6 Федерального закона № 63-ФЗ 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»:


«… 3. Адвокат вправе (4) привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием [адвокатом] юридической помощи».


124. Ч. 4 ст. 271 УПК РФ предусматривает, что суд не вправе отказать в допросе лица в качестве свидетеля или «специалиста», явившегося в суд по инициативе одной или другой стороны.

Д. Позиция Верховного Суда по вопросу экспертных доказательств

125. 21 декабря 2010 года Пленум Верховного Суда Российской Федерации издал Постановление № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам». Это Постановление заменило очень давнее Постановление Верховного Суда СССР 1971 года, основанное на действовавшем в Советском Союзе уголовно-процессуальном кодексе.


126. В соответствии с п. 1 Постановления, если суду требуются специальные знания в науке, технике, искусстве или ремесле, то для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов суд должен обратиться за производством «судебной экспертизы». Если же проведение исследования не требуется, то возможен допрос «специалиста». Суд может обратиться за помощью к негосударственному судебно-экспертному учреждению или отдельным экспертам, но Постановлением установлены дополнительные условия для производства таких судебных экспертиз. В соответствии с п. 6 Постановления, справки, акты, заключения и иные формы фиксации результатов исследования, полученные по запросу органов следствия или суда, не могут рассматриваться как «заключение эксперта».


127. В соответствии с п. 19 Постановления, по ходатайству стороны или по собственной инициативе суд может привлекать «специалиста» для оказания помощи суду в оценке заключения эксперта и допросе эксперта. Разъяснения  «специалист» дает в форме устных показаний или письменного заключения. В соответствии с п. 20 Постановления, разъяснения «специалиста», как и заключение и показания «эксперта», могут быть приняты судом, как и любое другое доказательство; однако Верховный Суд подчеркнул, что специалист «не проводит исследование вещественных доказательств» и «не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами». Верховный Суд приходит к выводу, что в случае необходимости проведения «исследования» суд должен назначить проведение «экспертизы».


128. В соответствии с п. 22 Постановления, суд должен допросить в судебном заседании «специалиста», явившегося в судебное заседание по инициативе любой стороны. Однако суд может отказать в допросе этого лица, если оно не обладает специальными знаниями в вопросах, поставленных перед ним соответствующей стороной.


Е. Оглашение свидетельских показаний в суде


129. Ст. 281 УПК РФ («Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля») в соответствующей части гласит:


«2. При неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний… в случаях:

1) смерти потерпевшего или свидетеля;

2) тяжелой болезни, препятствующей явке в суд;

3) отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда;

4) стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд.


3. По ходатайству стороны суд вправе принять решение об оглашении показаний… свидетеля… при наличии существенных противоречий между [устными] показаниями, данными в суде, и ранее данными показаниями».

13:40
5231
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...