ЗАЩИТА

КАМЧАТСКАЯ
КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ

г.Петропавловск-Камчатский
пр. 50 лет Октября, 20, офис 50
тел. +7 (4152) 236255

«Если ты не готов разговаривать, я обижусь»

«Если ты не готов разговаривать, я обижусь»

 

          В газете "Камчатский край" от 27 ноября 2013 года опубликована статья Сергея Николаева «Если ты не готов разговаривать, я обижусь» рассказывающая об обстоятельствах связанных, по мнению автора, с событиями возбужденных уголовных дел в отношении бывших Министров Правительства Камчатского края. Речь идет об уголовном деле, которое находится в настоящее время в производстве СУ СК РФ по Камчатскому краю. Срок производства по данному делу уже вышел за годичный, однако обвинения по нему еще никому не предъявлялось. Защитник Виктора Писаренко адвокат Игорь Копытов полагает, что при решении вопроса о возбуждении уголовного дела орган следствия слишком доверился заявителю Черешне, однако как полагает защитник, подтверждения словам заявителя в ходе следствие не только не было найдено, но, наоборот, были установлены серьезные несоответствия. Ведь именно Черешня в одном заявлении при возбуждении уголовного дела заявил, что получил 6 миллионов рублей и отдал их трем министрам: Кравченко, Писаренко и Мизинину, по 2 миллиона каждому, по другому утверждал, что эти 6 миллионов пошли на взятки Писаренко и Мизинину, забыв про Кравченко, а в ходе следствия по уголовному делу в отношении Кравченко вспомнил, что он получал не 6 миллионов, а 3 миллиона 800 тысят....  А ведь денег никто не видел. Может эти деньги плод воображения Черешни?

Ниже приводится текст статьи Сергея Николаева.

 

 

 

 

«Если ты не готов разговаривать, я обижусь»

Что кроется за поступками коммерсанта Юрия Черешни, который обвинил во взятках краевых министров? Почему человек, который любил оставаться в тени, вдруг погнался за славой борца с коррупцией? Настало время приподнять занавес и назвать причины событий, которые будоражили Камчатку на протяжении почти 2 лет.

ВОЙНА ЗА ЗАВОД

Напомню, что среди жертв «разоблачений» Ю. Черешни оказались министр имущественных и земельных отношений Виктор Писаренко, министр сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Николай Мизинин. Всех троих объединял комбикормовый завод (ООО «Камчаткомбикорм»).

Это уникальное для нашего региона предприятие было введено в строй в 2000-м. Его основной владелец – Камчатский край. На правах представителей края В. Писаренко и Н. Мизинин входили в совет директоров.

Черешня же заполучил долю в предприятии (7,27 процента) через свою фирму – ООО «АСКА». А другая его фирма – ЗАО «Эскада» – была основным поставщиком сырья на завод. Ю. Черешня делал на этом неплохой бизнес. А вот на самом «Камчаткомбикорме» дела шли неважно. Он оказался в тяжелом финансовом положении. Ему грозило банкротство. Об этом свидетельствуют протоколы совета директоров 2011-2012 годов.

Правительство края намеревалось сменить директора завода А. Калугина. Предлагалось ввести внешнее управление в лице специалистов ЗАО «Агротек-Холдинг». Это одно из немногих предприятий в сельском хозяйстве Камчатки, которое сумело преодолеть множество проблем и начать развитие. Очевидно, что ее управленцы могли навести на заводе порядок.

Но Черешня был категорически против прихода туда людей, способных свежим взглядом увидеть истинное положение дел. Ведь на кону оказались большие деньги, которые «Эскада» получала в качестве посредника за поставку на завод сырья.

Здесь нам многое может рассказать аудиозапись, которую Черешня представил следствию. На ней содержится 2-часовой разговор между Черешней и Писаренко, когда последний еще был министром. Этот разговор не может однозначно подтвердить заявления Черешни о том, что министры получали от него взятки. Зато он позволяет нам понять, что представляет собой сам Черешня, что кроется за его поступками.

 

«НЕ НУЖЕН НАМ РУБАХИН»

Итак, диалог практически сразу начинается с возражений Ю. Черешни против прихода на завод представителей «Агротека».

«Я, Виктор Иванович, я тебя одно прошу, что не нужен нам Рубахин (руководитель «Агротека». – Авт.), чтобы мы вдвоем договорились, если ты готов разговаривать, если ты не готов разговаривать, я обижусь…» – говорит Черешня своему собеседнику.

Видимо, Черешня был готов пойти на многое, лишь бы сохранить свое влияние на заводе и не допустить смены руководства: «Я поставлю все свое влияние, все свои ресурсы, и административные, и другие связи на это. Это мое, что я имею, 7 процентов, они мои, не будет ими управлять никто».

При этом Черешня подчеркивает: «Я тебя прошу, я не давлю. Я не шантажирую». Но это похоже именно на шантаж. В разговоре с Писаренко не раз упоминается некий компромат, который Черешня якобы готов пустить в ход. И тот факт, что Черешня пришел на разговор с диктофоном, тоже говорит о многом.

Однако правительство края не пошло на сделку с Черешней. Стало быть, вот почему Черешня решил обвинить министров в получении взяток. Пытаясь сохранить ситуацию на заводе под контролем, он просто выполнил свою угрозу: «Я обижусь… Я поставлю все свои ресурсы, и административные, и другие связи»?

Связи у него и вправду оказались серьезными, в том числе – в правоохранительных органах. Поэтому заявлениям Черешни оперативно дали ход. А вот компромат оказался слабеньким. Он заключался лишь в упомянутых аудиозаписях. Но их содержимое можно трактовать поразному. Это легко увидеть на примере, речь о котором пойдет дальше.

 

«ОДНОЙ РУКОЙ ТЫ МЕНЯ ПОДДЕРЖАЛ, А ДРУГОЙ УТОПИЛ»

Вернемся к записи разговора Писаренко и Черешни, которую последний передал следствию. Есть ли на ней хоть чтонибудь, что указало бы на существование между этими людьми неформальных денежных отношений? Писаренко произнес фразу, которая дает повод для таких подозрений: «Я не вижу за собой компромата, может быть, кроме одного, когдато я тебе помог с деньгами… Согласился с вашей схемой и помог с деньгами на заводе однажды».

О какой помощи и каких деньгах шла речь? Чтобы понять это, сделаем экскурс в историю. Около 2 лет назад, когда «Эскада» поставляла сырье на комбикормовый завод, у этой фирмы возникли проблемы с перевозчиками. В результате, срывались сроки поставки, произошло удорожание контракта, для исполнения которого потребовались дополнительные средства. Их у «Эскады» не было. Кредит в банке Черешня получить не смог (вероятно, ему не доверяли).

Комбикормовый завод рисковал остаться без сырья, а его главный клиент – птицефабрика «Пионерская» – без кормов. Учитывая, насколько важна продукция птицефабрики для местного потребителя, этот вопрос получил региональное значение. Сразу несколько местных министерств были вынуждены его решать.

При участии Писаренко удалось достигнуть договоренности о предоставлении «Эскаде» займа в размере 15 млн рублей казенным предприятием «Камчаткрайстрой», что позволило Черешне выполнить договор (хотя и с опозданием на 2 месяца). Вот о какой помощи говорил Писаренко.

Эти события при желании можно представить как услугу Писаренко фирме «Эскада» и Черешне, который в «благодарность» пытался использовать данный факт в качестве шантажа. Но учтем два момента. Вопервых, упомянутый заем – вынужденный шаг, который был сделан больше в интересах региона, чем фирмы «Эскада» (благодаря ему два ведущих краевых сельхозпредприятия не остановили производство). Вовторых, камчатский бюджет не понес никакого ущерба, так как заем был возвращен ему до копейки (причем 4 млн из 15 взысканы с Черешни через суд).

Кстати, в разговоре с Писаренко Черешня сам признал, что этот заем для ЗАО «Эскада» вовсе не был подарком, и даже предъявил Писаренко претензии: «Одной рукой ты меня поддержал, а другой утопил, потому что это нужно было вернуть все…».

Версия следствия о том, что часть займа пошла на взятки, рассыпается на глазах. Им не с чего было взяться, если заем полностью вернулся в бюджет.

Так может ли фраза Писаренко, которая приведена в начале этой главы, служить доказательством того, что он действовал ради выгоды ЗАО «Эскада», преследуя свой корыстный интерес? Сомневаюсь.

 

ОТКУДА ЧТО ВЗЯЛОСЬ?

И еще несколько штрихов к портрету Юрия Черешни. Если верить тому, что он говорил о себе в диалоге с Писаренко, то перед нами предстает чуть ли не второй после губернатора человек. По словам Юрия Степановича, от него зависело, кому быть министром в краевом правительстве, а кому – нет. Кроме того, Черешня уверен, что «уже давно мог сидеть в кресле, черт знает, депутата Госдумы». Но, видимо, из скромности он уступал это кресло другим. Весьма любопытно, как Черешня описывает свою роль в судьбе местной ячейки ЛДПР: «Я беру сейчас бесхозную партию ЛДПР… Я положу туда много денег». Через Писаренко он фактически предложил главе региона услуги этой партии: «Я принес вам на блюдечке партию целую, я сказал, Владимир Иванович, она ваша…». Но, видимо, руководство края этим предложением не заинтересовалось.

На чью мельницу льют воду камчатские «соколы Жириновского» в текущий исторический момент, догадаться нетрудно. Если помните, в мае 2012-го три депутата Заксобрания от ЛДПР – С. Голубев, М. Погодаев (муж бывшей директрисы птицефабрики) и А. Сизинцев (бывший директор комбикормового завода) – устроили прессконференцию, на которой пытались посеять панику среди камчатцев, заявив, что яйца «Пионерской» опасны для здоровья.

Это был как раз тот период, когда край начал сомневаться в качестве услуг ЗАО «Эскада». Прессконференцию «соколов» можно рассматривать как «ассиметричный ответ» Черешни на эти сомнения. Впрочем, судя по всему, «партийный проект» не принес Юрию Степановичу особой пользы, как и его «компромат».

Несмотря на шумиху, которую он поднял, на комбикормовый завод всетаки пришли специалисты ЗАО «АгротекХолдинг» в качестве управленцев. Полномочия гендиректора А. Калугина досрочно прекращены. Попытка ООО «АСКА» (то бишь Ю. Черешни) взыскать с членов совета директоров завода 0,5 млн рублей за это решение не увенчалась успехом.

Зато, как нам стало известно, новое руководство ООО «Камчаткомбикорм» выявило на заводе излишки сырья. Излишки, как и недостача, всегда являются следствием махинаций, в данном случае – с деньгами го су дар ства. Может, Юрий Степанович в курсе, откуда что взялось?

 

Сергей НИКОЛАЕВ

06:59
1240
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Разблокировать
Загрузка...